Гора Сион
Это название перекочевало с его исторического места, вышеупомянутой иевуситской крепости Цион (Сион), располагавшейся на небольшом холмике у подножия Храмовой горы в Кедронской долине, где царь Давид купил гумно у Аравны Иевусянина, и впоследствии получившего названия Храмовой горы. Затем это слово стало синонимом всего Иерусалима. Так говорит Господь в книге Исаии: “Не умолкну ради Сиона, и ради Иерусалима не успокоюсь, доколе не взойдет, как свет, правда его, и спасение его – как горящий светильник” (Ис. 62:1). Описывая иродианский Иерусалим, Иосиф Флавий больше не говорит ни о горе Сион, ни о так называемом Городе Давида, но делит город на основные районы: Нижний город, Храм и Верхний город. До нас не дошли описания Верхнего города в период с Римской оккупации вплоть до императора Константина. Для язычников, населявших Элию Капитолину, это место, будучи всеми забытыми задворками старого разрушенного города, не представляло никакого интереса. Иное значение приобретает район с приходом христиан в Иерусалим. Теперь уже флавиевскому Верхнему городу навечно прикрепляется название “Сион”.
С чем это связано? Какие основания были у первых христиан считать Верхний город Сионом? Пророки предсказывали особую роль Сиона в истории спасения человечества: “Ибо из Иерусалима произойдет остаток, и спасение от горы Сион” (4 Цар. 19:31; Ис. 37:32), “...ибо на горе Сион и в Иерусалиме будет спасение, как сказал Господь” (Иоил. 2:32. Местная традиция указывала горницу Тайной вечери в одном из домов, уцелевших после опустошения Иерусалима Титом, а затем Адрианом, и служившем синагогой для небольшой общины иудео-христиан. О существовании руин семи синагог, сохранившихся на горе Сион, упоминает пилигрим из Бордо (333 г.), Об этом же свидетельствует в своих посланиях и уроженец Палестины епископ Епифаний (310-403). Основываясь на неизвестных нам источниках II века, он писал: “Адриан... нашел этот город полностью сравненный с землей и храм Господа разрушенным и вытоптанным, за исключением нескольких домов и одной маленькой христианской церкви, построенной на месте, в котором апостолы, после того как Спаситель вознесся на небеса с Елеонской горы, отправились туда и собрались в горнице. Эта церковь была построена в той части Сиона, которая избежала разрушения вместе с несколькими строениями вокруг нее и семи синагогами, стоявших на Сионе, наподобие хижин, одна из которых сохранилась “как шатер в винограднике” вплоть до времен епископа Maximus (имеется в виду, очевидно, Макарий.) и императора Константина”. Епифаний, так же как и анонимный пилигрим из Бордо, видел в этом факте исполнение пророчеств.
Этот дом, по-видимому, когда-то принадлежал одному тайному ученику Иисуса, который предоставил Ему свою горницу для пасхальной трапезы. Паломник архидиакон Феодосий (530 г.) утверждает, что этим тайным учеником был св. Марк евангелист: “Сион есть мать всем церквям, и его основал Господь наш Христос с апостолами; это было в доме святого Марка евангелиста”. Археология Святой Земли говорит нам, что сей ученик проживал в наиболее привилегированном аристократическом районе иродианского Иерусалима, названном Иосифом Флавием “Верхний город”, он-то, этот дом, и стал причиной вечного закрепления за этим районом названия “Гора Сион”. Более того, этот дом есть самая первая христианская церковь, называемая “Мать всех церквей”, отсюда христианское Слово и Закон действительно распространились по всему Миру. Здесь учениками и родственниками Христа была создана первая христианская община.
Считать это здание ортодоксальной еврейской синагогой нельзя по нескольким причинам: После 135 года евреям было запрещено под страхом смерти входить в Иерусалим, и если даже кто-то и проникал, то уж не смог там официально поселиться и построить синагогу. К христианам же, несмотря на периодические гонения, отношение римлян было более лояльным, так как те не принимали участия в восстании Бар Кохбы и не могли спровоцировать ни бунта, ни беспорядков. Ави-Йона выдвинул гипотезу, что синагога могла быть построена при Юлиане Отступнике (361-363), который даже разрешил евреям отстраивать Храм. Но эта ни на чем не основанная гипотеза явно противоречит хорошо известным историческим фактам. В отличие от Храмовой горы, Сион был в то время уже полностью в руках христиан, которые относились к этому месту как к своей Святыне, и даже если бы евреям и было разрешено вторгнуться в христианские владения и построить там синагогу, то уж это событие не могло не вызвать в христианском мире бурю протеста и остаться незамеченным и пропущенным в летописях и посланиях современников, которые описывают события тех лет в мельчайших подробностях. Поэтому если когда-нибудь и строилась здесь синагога, то это могло быть только в предвизантийский период и принадлежать евреям-христианам.
В 350 году епископ Кирилл Иерусалимский проповедовал на Пятидесятницу в Храме Гроба Господня о схождении Святого Духа, и жаловался при этом, что не имел возможности произнести эту проповедь в настоящем историческом месте событий Пятидесятницы, в “Верхней церкви апостолов, где Святой Дух снизошел на них”, то есть в церкви на горе Сион, так как она тогда была в руках “еретиков”. Отец Церкви и известный ересеолог св. Епифаний в своем главном сочинении “Анкорат” (Якорь), в 373 году перечислял все Святые места Палестины, связанные со Страстями Господними: Виффагию, Вифанию, Храм, Елеон, Гефсиманию, Преторию Пилата, Голгофу, и Святой Гроб, но совершенно исключает Сион и горницу Тайной вечери. И мы можем полагать, что сделал он это намеренно, так как в то время эта Святыня принадлежала иудео-христианским “еретикам”. Исключают Сион из упоминания в своих посланиях и другие греческие писатели. Так, Григорий Нисский в своем послании в 381 году не включает Сион в число Святых мест. Посетив Сион в 380 году, он был разочарован тем приемом, который оказали ему хозяева. На него, мол, смотрели как на вновь прибывшего и не признавали в нем брата, поэтому он в свою очередь отзывался о них в письмах не иначе как “эти враги Божии”.
Даже когда епископ Иоанн II в 415 году построил новую большую церковь рядом с Кенакулюмом, иудео-христианская община, по-видимому, продолжала там существовать, хотя и была всеми забыта и презираема. Все пилигримы хранят о ней гробовое молчание. Испанская монахиня Эгерия в подробных деталях описывающая Сион, ни словом не обмолвилась о Кенакулюме, вернее, она отождествляет его с “Церковью столба”, построенной византийцами в 383 году рядом с Кенакулюмом, хотя и сам Кенакулюм существовал тогда как отдельное строение. Она пишет: “В воскресный же день на пасхе, после отпуста вечерни, то есть в Воскресении, весь народ идет с песнопениями на Сион. Когда придут туда, поются песни, приличествующие дню и месту, произносится молитва и читается из Евангелия то место, где в тот же день и в том же месте, где теперь церковь на Сионе, Господь дверем затворенным вошел к ученикам: то есть тогда, когда один из учеников, именно Фома, не был там, и, возвратившись, на слова других апостолов, что они видели Господа, сказал: “аще не вижу, не иму веры”. По прочтении этого снова произносится молитва; благословляются оглашенные, потом верные, и каждый возвращается к себе домой вечером, приблизительно во втором часу ночи”. Тем не менее о существовании старой церкви-синагоги напоминает нам византийская карта “Медеба”.
